Восточно-Выборгские укрепления
«ДМБ 1875» – подобные надписи не редкость на внутренних стенах Восточно-Выборгских укреплений. Их в середине XIX века и позже оставляли солдаты,
у которых заканчивался срок службы. Военные части здесь были и во времена Царской России, и во времена Советского Союза. Эти укрепления построил Эдуард Тотлебен по личной просьбе императора Александра II.
Наработанная им архитектура оборонительных сооружений стала востребована во всём мире. Тотлебен – герой Крымской войны, это он строил уникальные Севастопольские укрепления, которые оказались очень эффективны в защите города от вражеских сил, двигавшихся со стороны моря. Император был восхищён и поручил инженеру создать такие же укрепления в других городах, которые для меня родные: Выборге и Николаеве.
Андрей Коломойский, журналист
Ему 64. Он родился на Украине, но его предки жили в Выборге, когда город ещё не был российским: прадедушка был финским мельником. Поэтому родители Андрея, когда ему было десять, решили вернуться на историческую родину, поближе к корням. Двадцать лет он проработал в газете «Выборгские ведомости». Его материалы и публикации в блоге на сайте издания о родном городе, точнее о том, как его Выборг из-за попустительства властей стремительно умирает.

Андрей Коломойский
Рвы и подземные ходы, конечно, не единственное достоинство укреплений. Тотлебен первым догадался,
что не стоит строить огромные круглые или квадратные крепости, лучше – создать отдельные капониры, остроугольные выступающие укрепления. Так, чтобы крепость имела форму звезды. Это нужно, чтобы вести перекрёстный огонь. Даже если один капонир выйдет из строя, солдаты смогут держать оборону так же эффективно.
Восточно-Выборгские укрепления впервые в истории Российской Империи строились не регулярной армией,
а специально подготовленными инженерами, которые получили проект от Тотлебена. Раньше, кроме боевой части укреплений, здесь были казармы и пороховые склады. Два из них дожили до наших дней.
В постсоветское время здесь открыли парк культуры и отдыха
с аттракционами и каруселями, где мы радостно прогуливались с дочкой, потом с сыном. Тогда нашего городского мэра господина Буянова осудили за коррупцию и отправили «пересидеться» директором этого парка. Свою «творческую деятельность» он начал с того, что сдал все детские карусели в металлолом. А потом ещё и содрал с одного из пороховых погребов свинцовую кровлю, свинец ведь стоит денег.
Андрей Коломойский, журналист
Он вместе с историком Виктором Дмитриевым регулярно приходил к историческому складу и фиксировал состояние здания, много писал, обращался в местную администрацию
– не помогло. На погреб так никто и не обратил внимания. Он продолжил разрушаться. Дело в том, что без крыши швы заполняются водой, она потом замерзает и разрывает здание изнутри.
Под этим погребом – не просто ямка, а специально вырезанный
в гранитной скале кессон. Всё продумано: попадёт в погреб вражеский снаряд, а энергия взрыва пойдёт не в стороны, а вверх, не задевая рядом стоящего порохового склада
Андрей Коломойский, журналист
Пороховые погребы не законсервированы до сих пор. А это значит, что уникальный кирпич, созданный специально для сооружения погреба, сложнейшая арочная кладка, вырубленный почти 170 лет назад кирками и топорами гранитный кессон рискуют сравняться с землёй.
Если бы администрация ничего не делала для сохранения объектов культурного значения – это было полбеды, но чиновники препятствуют тем, кто хочет на свои деньги заняться реставрацией и превратить руины в популярное общественное пространство. Такая история произошла в 90-е с другом Андрея – Леонидом Швером, сыном городского архитектора Выборга.
На вопрос, почему жители Выборга сегодня ничего не могут сделать, чтобы отстоять хотя бы то, что осталось от пороховых погребов, Андрей грустно пожимает плечами и говорит: «На Первое мая градозащитники шли как раз последней колонной, мы знаем, чем это обычно заканчивается».
Made on
Tilda